conquistader

Этот блог пора удалять, потому как некомфортно. И писать сюда не хочется. Возможно, перейду на вордпресс или останусь в ЖЖ.

В интервью Глеба Павловского по поводу итогов 2009 года, сказаны очень верные слова о российском политическом дискурсе, героями которого, в основном, являются персонажи прошлого. Ничего не буду добавлять даже.
" Сталин – просто симптом. Симптом крайностей деполитизации сознания, которое хочет быть актуальным, пытается быть на острие событий. Оно вечно болтает о конфликтах и даже апокалипсисах, но выдуманных. В реальности же мы бежим от здорового политического конфликта, запрещаем себе иметь позицию. Необходимо отметить, что по отношению к Сталину ни позиций, ни политики в российском обществе уже давно нет. Нет даже в том мифологичном, предельно камуфляжном виде, как «антисталинистские» бои 20 лет назад, в раннюю перестройку.

«Сталин», «Гайдар» и «Ельцин» сегодня – заурядное бегство от конфликта, от обсуждения рабочей повестки дня. Но подобная невротическая взвинченность говорит о симуляции. Как всегда, наши споры жарки и одновременно безвредны, безрисковы. Никто ничем не рискует, ни репутацией, ни свободой рук. И при этом ни одна из позиций не обсуждает основания, на коих покоится. Один и тот же публичный интеллектуал обвинит Сталина в том, что он играл жизнью миллионов, а на смерть Гайдара скажет, что у Гайдара не было иного способа спасти страну, как пожертвовать жизнью и собственностью миллионов...
Впрочем, бесполезно вести спор в контексте дебатов, участники которых сами настаивают, что те понарошку. Тема нашей истории – это пароль неполитической болтовни. В современной России сталинизм и антисталинизм, ельцинизм и антиельцинизм – это симптомы рассеянного склероза деполитизации."

Это же что творится?! Теперь консерваторами себя называют все, кому не лень. Придурок Калашников с интеллигентиком Холмогоровым, основали какой-то институт "динамического консерватизма". В их мечтах, инновационные бояре с бородами, пользуются нанопосохами с прямым выходом в интернет. Посадить бы их на бочку с порохом, пущай полетатют. Их бы любимый Иван Грозный так и поступал с прожектерами.
Как когда-то националисты отмежевались от потреотцов, подлинным консерваторам нужно отгородиться Великой китайской стеной от всяких идиотов. 

Вчера на факультете философии СПбГУ прошло первое заседание Консервативного клуба Санкт-Петербурга. Участвовало более двадцати человек, были прослушаны три доклада.

Это факты. Теперь о впечатлениях. Не смотря на то, что костяк состоит из дугинцев разного пошиба, клуб действительно консервативный. Более того, довольно радикально - консервативный.

Так как я теперь занялся такой скучной наукой, как социология, то вот социальный срез присутствующих.  Большая часть-это студенты. Но были и два птуушника (очень интересные парни, говорят получше большинства студентов; стыдитесь, господа). Присутствовал и один забавный дяденька, преподаватель с биофака.

Восемьдесят процентов студентов (все старшекурсники) пришли с различных факультетов СПбГУ. Были соблюдены все политкорректные стандарты: был кореец и армянин с журфака, который пришел случайно, но остался. Были и две девушки, обе из Москвы. Одна из них и была учредителем клуба. Вот это мне совершенно не понятно. Еще ни разу не видел женщину, которая хоть каплю понимала бы, что такое политика (если Зевс решит наказать меня, и подошлет ко мне в жж феминистку, то я оправдаюсь так: женщины куда умнее мужчин, но для понимания политики нужен не ум). Она рассказала душещипательную историю о том, что вот она оканчивает обучение на экономиста, но не хочет работать на корпорации.

Еще один «агент влияния», тоже приехал из Москвы, учится в Академии госсужбы и является помощником депутата ГД. Мыслит прямолинейно, но жестко, что само по себе неплохо.

Но я им всем подпортил нервишки и устроил веселую дисскусию, коей очень доволен. Впервые я спорил с людьми с подобными мне взглядами и хорошим уровнем политической и культурной грамотности.

И самое приятное, никакой интеллигенщины, настоящий интеллектуализм (это когда не призывают делать расстрельные списки, но подразумевают нечто подобное)).

И я наконец-то встретил настоящего консервативного революционера. И еще одного старого знакомого по ЖЖ. Единственного интеллектуала европейского типа, кого я знаю.

В общем, все очень неплохо.

  

Какой-то французик-философ-постструктуралист задал отличный вопрос: "можно ли помыслить политику?". Предложенная в качестве ответа метаполитика имеет такое отношение к политике, как метафизика к физике. 
На основе пятиминутного размышления, и месяца чтения литературы по пониманию политики, могу заявить, что в политической науке (и во всех социальных науках) есть два действительно важных вопроса. Первый: каково соотношение психики, познавательной способности и социального мировоззрения для отдельного индивида. Второй: какова иерархия причинно-следственных связей в обществе. Эти вопросы могут показаться частными, однако дайте мне рычаг... Нет, не то, дайте ответы на два вопроса, и я создам непротиворечивую и первую не искусственную теорию политического. 

Чертовски любопытно, как у людишек ломаются идеальчики. Наблюдаю третий случай за год. Хотя чего там, перекинуть через коленку и переломать. Скукотища.

Нет политика хуже либерала-технократа. Наш любимый и обожаемый президент Дмитрий Анатольевич Медведев пока подозревался только в либерализме. Теперь на него падает тень технократизма. Сам по себе интерес к технике есть показатель "схемности" мышления и политической импотенции. Пример Франции 70х это явно показывает. 
Медведев здорово лопухнулся ответив Калашникову. Проханов вчера на "Эхо Москвы" расхваливал Калашникова (за минуту до этого он восхвалял Кадырова), но мне вовсе непонятно может ли человек в здравом уме серьезно к нему относиться. Его "Вперед к СССР-2" по сути фантазии на тему как можно человека превратить в придаток техники.  
И вообще, пора заменить правительство большим и толстым компьютером. И в соотвествии с законом "лысости-волосатости", он должен быть лысым. И будет щастье.

Я конечно понимаю, что Дугин личность необычная, со всякими прибамбасами и нашему высокоинтеллектуальному и ироничному интернет-обществу нравится не шибко. Да и мне он вряд ли когда нравился. Когда был в НБП иного эпитета, кроме как "предатель" применить к нему не мог, потом  прочитал "Философию политики" и чуть не умер со скуки от бесконечного, жевачного традиционализма. Заметки в "Rolling Stones", акции ЕСМ и приверженность к лжеучению геополитики-все это не прибавляло в моих глазах ему веса. На вчерашнюю презентацию его новой книги на факультете философии и политологии СПбГУ я шел с единственным желанием: спросить с чего он власти продался. Но презентация понравилась. Никакие "тайные ордена" даже не были упомянуты, Сама идея "четвертой политической идеологии" крайне интересна. После, я задал вопрос, который никак от себя не ожидал, все же хотел узнать почему он под кремль стелется: "Армин Молер определял фашизм через эстетический компонент. Какое эстетическое наполнение "четвертой политической теории"? Дугин распинался о модернизме и постмодернизме, потом сказал, что вопрос хороший, и рассказал о картинах, где по Красной площади  ходят слоны с ядерными боеголовками. Кроме подписанной книги, приобрел первый выпуск "Русского Времени". Журнал действительно отличный. Все-таки Дугин-человек обаятельный. И идеи у него неплохие есть. Теперь я знаю чем заняться...

<Цензура вырезала>

Второй мировой-70, Гитлеру-120, мне-20. Хороший год. 
К дате решили пошуметь-пакт Молотова-Риббентропа дает возможность. А так величие даты не чувствуется.  Я вот пытаюсь проникнуться масштабом и значением, но лезет только мелочное сожаление, что Муссолини не воевал на стороне союзников-это попортило бы крови нынешним политологам. 
Ищут виновных. Найдут-пусть скажут спасибо. Чего не хватило этой войне, так это масштабных личностей. Нет, конечно их было минимум три, больше чем за все последующие пятьдесят лет. Но не было осознания исторической важности свершающегося. Фу ты, брюзжу, как старик.
Что-то написал, как-то отметился. Совесть чиста. 

 А умные люди(большинство читателей АПН все же люди неглупые) неплохо понимают в чем все дело. В опросе "Почему народ безмолвствует" наибольшее количество процентов набрали два варианта: 
"Россия демографически и антропологически устала. Рождаемость мала, смертность высока, ценность жизни тоже выросла. Двадцатый век всю кровь выпил. Люди просто хотят пожить - вскопать, знаете ли, огородик, вырастить единственного ребенка. Одновременно и без "великой России" и без "великих потрясений"-43%.
"Это называется вырождением. Людям не то что бы все равно, или они согласны, но свое несогласие просто не могут как-то выразить, кроме как бутылкой, вовнутрь, или по голове. Революционеров хватает, а массы испортились"-31%

Браво. Не ожидал. 

Не могу больше. Каждый день гуляю на озере и каждый день вижу Обыдливание. Притом сей процесс представляется мне в духе Одержания Стругацких из "Улитки на склоне" (слушал как раз забавную постановку). Мертвяки-это очевидно, гопники. В деревнях живут нормальные, работают и детей делают. На собрания собираются. Управление управляет и издает бессмысленные директивы (хотя бессмысленные-это явный перебор слов, разве можно к директивам применить иной эпитет?). Борется с кризисом и за всеобщее счастье. Самодостаточная система, осел в погоне за хвостом. Увивается интеллигенция. Перцы все понимают, страдают, хотят изменить... но ведь интеллигенция, не изменить, надо чтобы изменилось! И в Лесу феминистки строят планы по изничтожению отжившего.
Один дурак Кандид, с отбитой головой, скальпелем вскрывает горяченьких (спирт плещет!) мертвяков. Но Обыдливание неизбежно.
Вот так возьмет озеро-и раз! всех с головой, и с водкой, и с грязью и с водными/неводными мотоциклами.
Кто же тогда в интернетах будет изливать тонкий внутренний мир? Кто будет ругаться на правительство и быдло? Жизнь потеряет смысл.
Быть пусту этому городу! Навыпускали дикарей на Питер, грядет Москва-2.
Третье пришествие огня войны...
Прогресс неизбежен.

Амебное очертание границ США включает в себя то, что Шоу называл цивилизацией, шагнувшей из варварства, минуя стадию культуры. Гамсун в «Духовной жизни современной Америки» пишет о гнусных литераторах с заученными сюжетами о верности сердец и стреляющих из-за угла револьверах. И хуже того, никакой чувственности, все прилизали и морализовали.
Позвольте, по-моему американская литература-это просто шутка. Не надо ее осуждать. Пародия на европейских зазнаек, которые не могут писать просто. Вот Эдгар Аллан По. В его «Свидании» засел занозой весь романтизм. Словно он нанял литературных негров в лице Байрона, Гюго и Шиллера (в его времена рабство еще было). Просто измывательство. Когда же он эксплуатирует себя сам, появляются потрясающие вещи. Например,«Береника». Как ни старался бы Кинг, такого страшного произведения он не написал бы никогда. Вслед за последней строчкой, возникает апокалептическая картина в черно-красных тонах. Американское искусство кинематографично.
Отсутствие страстности компенсируется полетом фантазии и мысли, редко эрудицией (Брэдбери и По), арендой европейского духа. Вся великолепная американская фантастика-это столкновение обыденности чувств и грандиозных мыслительных конструкций. В латинских странах это нашло выражение в «магическом реализме», с гипертрофированной чувствительностью и той же эрудицией, столь милой интеллектуалам ( что ни говорят, а борхесы и кортасары занимаются популярной философией, как и Умберто Эко, а никак не подлинной литературой).
Только в США могли снять «Матрицу». Гностическая иллюзорность плюс экшен. И только там мог появиться Хайнлайн с «Неприятной профессией Джонатана Хога». Мир, как произведение художника, в котором люди только капельки краски, слетевшие с кончика кисти начинающего художника.

Смотрится по-другому. И еще страшнее!!!

Пошло бы все к черту, да? Пусть мою могилу закидают книжками, они тяжелые и с ними весело. Главное не забыть Шопенгауэра. "Постучитесь в гробы и спросите у мертвецов, не хотят ли они воскреснуть,-и они отрицательно покачают головами." На его бы месте я не вылезал: судьба обворованного гения, быть забытым. Знать слишком много значит питать зависть и чужие мысли.
Или не то. Самое крепкое и дружеское рукопожатие Командора не могло дать Дон Гуану, того, что дала Чума. Веселый гений Пушкина собрал в одном склепе весь европейский дух. "Маленькие трагедии" это чтение на краю пропасти. Как это там?

Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю,
И в разъяренном океане,
Средь грозных волн и бурной тьмы,
И в аравийском урагане,
И в дуновении Чумы.
Все, все, что гибелью грозит,
Для смертного таит
Неизъяснимы наслажденья-
Бессмертья, может быть, залог!

Проехала телега мертвецов, бежишь, но отстаешь. Писать прозой противно перед старухой смертью. Плевать на бессмертье, дайте смерти.

...любви не стало; вся земля полна
Была одной лишь мыслью:смерти-смерти
Бесславной,неизбежной. Страшный голод
Терзал людей... И быстро гибли люди.
Но не было могилы ни костям,
Ни телу. Пожирал скелет скелета.
И даже псы хозяев раздирали.

Пир разгорается. Вот и Байрон пришел. Нальем и ему. Тургенев переводил? и ему, так уж и быть, нальем. Только пусть не тащит свою Виардо. Где вино, где кровь, ничего тут не разберешь. Слишком весело, долой меланхолию и всех страдальцев. Они недостойны пира смерти. Но все, пора на выход. Никаких светов в конце туннелей, только тьма и ночь. Все темнее и веселее. Гаснет отражение свечи в бутылке вина. Потухло солнце, чтож тем лучше! Давно пора, светить ничтожествам себе дороже. Конец, конец, это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Что-то красное перед глазами. Последний праздник жизни завершился. Давно пора...

Новая волна разговоров (к примеру) о скорой войне с Грузией уже имеет реальные основания. Российские войска собираются проводить масштабные учения на Кавказе. А если еще вспомнить о ситуации в Ингушетии и Дагестане, то становится понятным вся опасность происходящего. Но быть может, все разговоры инспирированны Грузией, которая либо хочет оправдать собственные агрессивные планы, либо предупредить кремлевские приготовления. Это не столь важно. Важна возможность взрыва межэтнических и политических противоречий на Кавказе. Мало никому не покажется. "Ичкерия во главе с султаном Кадыровым" пока это только звучит смешно, ожидать можно чего угодно. Россия не раз ломала свои зубы в кавказском регионе, достаточно лишь слегка нарушить шаткое равновесие...

Почитал стихи некоторых современных авторов и просто поразился их примитивности. Я вытащил свои собственные стихи и не заметил особой разницы.  Может у них тоже не бывает вдохновенья?  Уже пять лет прошло как я их писал. Мне было пятнадцать и впереди виделось только хорошее. Только вдохновенья не было. Точнее оно бывало, но не тогда, когда я писал. Стоило мне сесть за стол и все выливалось в ремесленничество, подбор рифм и другую поэтическую грязь.

Интересно,   если бы я не бросил стихов, быть может я бы писал бы сейчас великолепно и приладил бы вдохновенье к ремеслу. Но этого не узнать.  Я подумываю вновь начать писать, посмотрим что изменилось за годы. Чувствуется ничего.

А вот два стихотворения из задумываемого мной тогда цикла о вселенском бунте Люцифера. Писать я его решил после того, как увидел одну необычную картины эпохи Возрождения, не помню чью, где был изображен бледный юноша в золотом сиянии. И этот юноша был дьяволом. Картина меня потрясла.

Вот собственно и два стиха из этого цикла (написано еще одно про саму картину, но оно слишком личное). Особенно порадовало второе. “Ведь ей всего лишь двадцать лет”-это же надо было в пятнадцать такое написать, теперь мне двадцать и это выглядит не так забавно, как тогда.

Он.

Завернувшись в мантию облаков,

Ступает небесной гладью

Он, застигнутый гневом врагов,

Отвергнутый и павший.

 
Словно гроздья светлячков,

Роящихся в бреду,

Под ним звенят кольца оков,

Бредущих в аду.

 

Но даже горящие души,

Дерзко грозят кипящим ртом

И ангелы закрывают уши

Тому, кто разил Последним Судом.

 

Найти бы тень, забиться в угол,

Но всюду свет, и рай, и благочестье,

Малодушье совести без мести,

Найти бы зло… Тогда б мы были вместе.

*************************************************

Она сидела с радостной улыбкой

Восхваляла бога и трон ее зыбкий,

Радовалась ангелам райским

И вдыхала цветок свежий майский.

 

Я улыбнулся ей в ответ,

 Ведь ей всего лишь 20 лет,

И верит в жизнь она в раю

В благоухающем краю.

 

Но вспомни-тихо я сказал

И сразу в сердце ей попал

Что кроме жизни есть и смерть

Она придет к тебе-поверь…

 

Ведь кроме рая есть и ад

Величественный огненный сад;

Заместо бога есть и дьявол

Поверь, он {зачеркнуто, не разобрать} .

 

Я засмеялся-она побледнела

Неужели и ее душа тоже сгорела?

Подумалось мне,

Уходя в темноте.

Исламисты все более меня удивляют. Чего только стоит их поддержка нацистам-сепаратистам. А вот выдержка из статьи "Авангардная поэзия Джихада".

"Джихад — перманентное усилие на пути Аллаха является Perpetuum Mobile — вечным двигателем, сердцем, мотором ислама. Но для того, чтобы делать джихад — усилие, человек должен обладать определённой духовной силой, пассионарной энергией. Такой силой и энергией обладают только муджахиды — воины Аллаха, озарённые искрой божественного духа. Уже неоднократно было замечено, что воины Аллаха сияют светом исходящим изнутри — они окружены сияющим ореолом, фарном, светящейся аурой...
 На пути Аллаха, во имя возвышенных идей истины и справедливости, защищая слабых и угнетённых аттрактивные исламские пассионарии готовы жертвовать даже своими жизнями. Это видим мы на примере могучих муджахидов Кавказа, которые защищают свои малочисленные угнетённые народа и бесстрашно воюют против сатанинских полчищ северных варваров и их местных шавок — позорных муртадов и мунафиков...
Ислам — небесная вера для всего человечества. Известно, что нацизм, как и сионизм, — последнее убежище примитивных и негативных типов. Нацистский писатель В.Сурхо, пытаясь спасти последнее убежище евроичкерийских нацистов, пытается противопоставить исламу модную среди тагутских кругов теорию пассионарности. Но очевидно, что он не до конца и недостаточно критически усвоил теорию пассионарности профессора Л.Гумилёва. Вопреки ложным утверждениям В.Сурхо, падшие муртады и мунафики, аморальные предатели и уголовники, невзирая на этническую принадлежность, не могут быть отнесены к пассионариям. Для обозначения этого подлого криминального сброда Л.Гумилёв употребляет другой термин: субпассионарии - маргиналы, уголовники, босяки, проститутки, бомжи… Основная черта субпассионариев — энергодефицитность. Это тухлая глина, в которой потухла искра божественного духа, небесной энергии. Поэтому субпассионарный сброд питается духовной энергией окружающих людей, энергией социума. Подобно тому, как созданное кабалистами глиняное чудовище Голем питался посторонней энергией темных сил сатаны. Объективно субпассионарные маргиналы являются энергетическими вампирами, паразитами на теле социума. Поэтому они отличаются гипертрофированным эгоизмом и ведут паразитарный образ жизни, как сионистские мошенники и воры."

Уже и эти трактуют Гумилева, впрочем нельзя сказать, что совсем уж неверно.

С удовольствием дочитал “Село Степанчиково и его обитатели” Достоевского. Его сатирический талант был до того мне неизвестен. Но все же в повести нет никакой веселости, даже в забавной мелодраматике просвечивает какая-то изможденность жизни, больное однообразие красок. Доброта, на которой паразитирует мелкое и злое, сама становится злом и остается серым пятном на ткани жизни. Сам же Опискин отличное изображение того, кого Ницше называл “истерическим властелином”. Истерические дамы не могут на него надышаться и бьются в припадках… Мерзко и гадко, как всегда после прочтения Достоевского, но здесь нет даже надежды, как в “Преступлении и наказании“ или “Бесах”. А финал, написанный такими благостными тонами, словно подергивает истину пеленой отчуждения.
Все это подтверждает славу Достоевского, как великого психолога. И в очередной раз показывает, что такой, чисто описательный подход неизмеримо выше, нежели попытка проникновения вглубь и попыток изменить, что всегда подразумевает единство исследователя и исследуемого.
Доказательство тому и попытки подойти к феномену пассионарности с позиции и первого, и второго. Чтобы понять пассионарность, надо быть пассионарием, но таковых не было со времен Гумилева. Но можно описать, что и делает Коваленко в статье “Пассионарность как психологический феномен”. Статья же Богданова “Типология личностей Л.Н.Гумилёва с позиций учения об акцентуациях” напоминает размышления Раскольникова о душе Наполеона. Особенно забавны его мысли о возможности с помощью тестов выявить пассионарность. Когда-то я сам загорелся мыслью испробовать их на одном знакомом, который утверждал, что он-то как раз таки пассионарий, как и Путин. Но он отказался. Теперь, когда я сам прошел этот СМИЛ, мне захотелось узнать кто же я. Итак, вот те показатели, которые у меня выше нормы: импульсивность, женственные черты (я бы назвал это по-другому), ригидность, индивидуалистичность и оптимистичность (немного выше нормы). Последние три, по Богданову, являются признаками пассионарности, импульсивность же - субпассионарности. С одной стороны, это подтверждает, что пассионарность и субпассионарность близки друг к другу, с другой оставляют меня в полном неведении кто же я. Может и гармоничная личность? Провал, господа, провал.

Наибольшее недоумение в связи с моим сообщением о Ницше на семинаре по философии вызвало даже не заявление о Ницше как о глубоком моралисте, сколько утверждение, что он был христианином даже побольше всяких верующих.
Чтобы понять антихристианство Ницше, надо не столько обращаться к его текстам, сколько к самому Ницше (как всегда в его случае). Почему он, сын протестантского пастора, глубоко верующий в детстве, прозванный даже “маленьким святым” столь рьяно обрушивался на христианство? А потому, что он был действительно верующим. Это самодовольным атеистам, достаточно указать на небо, и спросить “где же Бог?”, пробормотать что-то про “опиум для народа”. Им, как и дикарям, невозможно поверить в возможность человека летать, если они не видели самолета.
В принципе, достаточно указать на пример другой великой души, на Ван Гога. Столь же глубоко верующий, неуживчивый и страстный человек, который стал миссионером в шахтерском поселке, ходивший в лохмотьях, сутками проповедующий во тьме шахт… Узнается образ святого, не того, безопасного и уважаемого, откуда-то из древности, а почти нашего современника, жившего чуть больше чем сто лет назад. И что же делает церковь? Напуганная силой его веры, она лишает его даже не сана, а “поста” миссионера. Ван Гог еще проповедует недолго, после чего преисполняется ненавистью к церкви… но не к Богу!
И ведь Ницше тоже ненавидит именно церковь, оплот лицемерия и лжи, институт, паразитирующий на тех, настоящих христианах.
Как Павел извратил Христа, так церковь извратила христианство.
Не ручаюсь за точность цитаты, но Ницше утверждал: “В сущности, существование морального Бога уже опровергнуто. Остался бог священников.” В другом месте он говорил о тени Бога, оставшейся после его смерти. Но ведь эта смерть и есть нигилизм, и есть упадок. Вера в тень лишь задерживает его.
Надо понимать, что и Ницше, и Ван Гог жили во время, когда христианство стало формой пессимистического нигилизма, благообразного буддизма кисейных барышень и неудачников. Родись они во времена зарождения христианства, они могли бы стать апостолами, в средние века - творцами Реформации или еретиками. Но они родились в больное время упадка, и христианства тоже. А когда святыней может завладеть враг, ее уничтожают.
Еще примеры: Достоевский, Толстой, Герцен. Но это отдельная тема.
Теперь понятно, что не имеет особого смысла обращаться к путям выражения Ницше этого мироощущения. Но все, же стоит (особенно для тех, кто верит в первичность рационального) указать на, то место критики Ницше, которое стало общим.
А именно на представление о христианстве как о религии рабов. Да, с “рассудочной” точки зрения, это действительно так. Отказ от борьбы, гордости, силы (часто понимаемой как зло), все это есть. Но были ли рабами христианские мученики, погибающие на арене Колизея? Или ими были та чернь, которая наслаждалась этим зрелищем? Даже не пытаясь разобраться в том, что есть “раб“, думается, ответ очевиден.
Религии, идеологии, учения не есть нечто существующее само по себе, в идеальном платоновском мире. Это всего лишь ориентиры, формы, отливающие “волю к могуществу” (если брать термины Ницше, я же предпочитаю “пассионарность”, но это слово оболгано идиотами всех мастей) их приверженцев. И ими меряются учения, а не словами. Верующие христиане устроили Крестовые походы, и они же купались в трусливом благочестии и покорности. Они были и героями и трусами, мучениками и сластолюбцами… И только господа с излишне умными головами могут тут видеть влияние христианства. Рекомендую сдать им ее в утиль.